18 сентября исполнилось 50 лет со дня главной церемонии прощания с Мао Цзэдуном в Китае. В 1976 году на площади Тяньаньмэнь в Пекине сотни тысяч человек участвовали в траурных мероприятиях по случаю смерти лидера, который десятилетиями оставался центральной фигурой китайской политики.
К середине 1970-х годов здоровье Мао заметно ухудшилось. Он все реже появлялся на публике, хотя продолжал встречаться с иностранными лидерами. Весной 1976 года в высшем партийном руководстве уже знали о тяжелом состоянии председателя. После очередного инфаркта 2 сентября он почти не вставал с постели, а в ночь на 9 сентября умер в возрасте 82 лет.
После официального объявления о смерти власти ввели общенациональный траур. По стране отменили развлекательные мероприятия, закрыли театры, приспустили государственные флаги. Тело Мао выставили для прощания в Доме народных собраний, где с ним простились около миллиона человек. В материале «Ленты.ру» отмечается, что 18 сентября в три часа дня Китай на три минуты замер под звуки сирен.
Мао не был похоронен и не был кремирован, хотя сам при жизни поддерживал кремацию. Его тело забальзамировали и позднее поместили в мемориальный зал на площади Тяньаньмэнь. Для китайских специалистов это стало отдельной технической задачей, поскольку политические отношения с Советским Союзом в тот момент были настолько напряженными, что рассчитывать на советскую помощь не приходилось.
Смерть Мао сразу обострила вопрос о преемнике. В последние месяцы его жизни на первый план вышел Хуа Гофэн, однако уже через несколько недель после похорон были арестованы лидеры «банды четырех». Затем в руководство страны вернулся Дэн Сяопин, и к концу 1978 года именно его линия на экономические преобразования стала основной для Китая.
В дальнейшем официальная оценка Мао стала сочетать признание его роли в создании КНР с критикой части решений последних лет. В 1981 году КПК признала культурную революцию серьезной ошибкой, но сохранила за Мао статус ключевой исторической фигуры. Этот подход остается заметным и сегодня: в Китае его по-прежнему считают одним из главных символов государства, одновременно признавая допущенные им просчеты.