Семьдесят лет назад Одесса провожала в последний путь офтальмолога и хирурга Владимира Филатова. За гробом шли представители партийного руководства, православное духовенство, его ученики, коллеги, студенты и пациенты, которым врач помог вернуть зрение. Жизненным ориентиром Филатова стали слова: «Каждый человек должен видеть солнце!»
Будущий врач вырос в семье с медицинскими традициями. Его дядя Нил Фёдорович Филатов, один из основателей русской педиатрической школы, рекомендовал Владимиру поступать на медицинский факультет Императорского московского университета, который сегодня носит имя М. В. Ломоносова. До этого юноша окончил классическую гимназию в Симбирске и наблюдал за работой отца — земского врача, занимавшегося хирургией и глазными болезнями.
С 1911 года Филатов возглавлял кафедру глазных болезней Новороссийского университета. В 1912 году он впервые выполнил пересадку роговицы, хотя операция оказалась неудачной, а год спустя предложил способ измерения внутриглазного давления — эластотонометрию. Известность ему принесло создание метода круглого стебля: кожную ленту сшивали в трубку, сохраняя её кровоснабжение, а затем переносили на повреждённый участок.
Разработка получила широкое применение во время Первой мировой войны. С помощью «филатовского стебля» восстанавливали веки, нос, губы, подбородок и ушные раковины, а позднее закрывали дефекты лица, появившиеся после онкологических операций. Как отмечает «Аргументы и факты», главным достижением врача стала пересадка роговицы от умершего человека живому, проведённая в 1931 году.
Работая с роговицей, которую перед операцией хранили в холоде, Филатов заметил, что низкая температура повышает жизнеспособность ткани. Он предположил, что в таких условиях образуются вещества, способные стимулировать восстановление организма, и назвал их биогенными стимуляторами. Так появилась тканевая терапия: ткани выдерживали в холоде, темноте или других стрессовых условиях, а затем применяли при лечении ран, ожогов, трофических язв, болезней глаз и других органов.
В 1936 году начал работу Институт экспериментальной офтальмологии, при котором открыли курсы для врачей, осваивавших методы Филатова. К знаменитому специалисту в Одессу приезжали больные со всего Советского Союза, а письма ему отправляли даже без указания адреса — только с фамилией на конверте. Филатов получил Сталинскую премию, но передал деньги детским домам и православному храму в Одессе; он также поддерживал духовенство, выступал за сохранение храмов и перед сложными операциями просил благословения епископа.