После того как Владимир Путин предложил провести прямые переговоры с украинской стороной в Стамбуле, события стали стремительно развиваться. Владимир Зеленский заявил о своей готовности лично встретиться с представителями России и потребовал аналогичного шага от Москвы. При этом в обсуждение активно включился и Дональд Трамп, сообщив, что не исключает возможности приехать в Турцию 15 мая.
Политолог Сергей Марков считает, что Россия не рассчитывала на встречу лидеров на таком раннем этапе: дипломатия предполагает, что сначала должны работать делегации, как это было в Стамбуле в 2022 году. По мнению эксперта, Зеленский сейчас стремится устроить политическое шоу, выдвигая ультимативные требования и рассчитывая на одностороннее перемирие, что выгодно западным государствам для легитимизации ввода своих войск на территорию Украины. Он отмечает, что подобное перемирие нужно странам Запада скорее для того, чтобы ввести в украинские города свои контингенты под видом миротворческих сил, а также развернуть в регионе системы ПРО стран НАТО.
В то же время Россия понимает замыслы западных партнеров и не намерена соглашаться на подобные условия. В качестве альтернативы на международной площадке появился Трамп, который готов рассмотреть возможность посредничества, но только при четких гарантиях от России и с согласия на конструктивный формат переговоров. По мнению Маркова, сейчас между Москвой и Вашингтоном ведутся интенсивные консультации.
Эксперт считает, что приезд Путина возможен, но вероятность такого исхода невелика. Всё будет зависеть от изменений в международной повестке и решений Трампа, который может скорректировать свои визиты на Ближний Восток ради стамбульской встречи. При этом Марков отмечает, что успех любых переговоров зависит от того, удастся ли сдержать радикальные действия Зеленского, который, как показывает практика, склонен к эмоциональным выходкам.
В заключение политолог считает, что реальные соглашения между сторонами вряд ли будут достигнуты этой весной, и мирное урегулирование можно ждать лишь по итогам предстоящих месяцев, когда стороны исчерпают военный ресурс и почувствуют необходимость в реальных договоренностях, пишет Комсомольская правда.